Фольклорный ансамбль "Ромашинская слободка"

Четверг, 14.12.2017, 07:28

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Статьи | Регистрация | Вход

Главная » Статьи » Интересные статьи » Статьи по этнографии

Давидова М. Г. "Вертепное представление в контексте традиционной христианской культуры"
Вертепное представление в контексте традиционной христианской культуры
Давидова Мария Георгиевна
Преподаватель Санкт-Петербургской государственной художественно-промышленной Академии и Института живописи имени Репина, кандидат искусствоведения.



Вертепный театр есть пространство, живущее и строящееся по законам словесного текста, или текст, живущий и организованный по законам традиционного пространства. Пластическая архитектоника вертепной драмы обусловлена рядом культурных символов, вербализующихся отчасти в самом представлении, отчасти в других символических системах, хорошо знакомых зрителю ХIХ века. Последние (время церковного календаря, богослужение, духовный стих) в определенных тематических срезах содержат в себе в развернутом виде те смысловые комплексы, которые присутствуют в вертепе имплицитно, в свернутом состоянии. С другой стороны, вертепный словесный текст легко кодируется пространственным или пластическим "текстом" как самого вертепа, так и смежных с ним вербально-визуальных символических систем, таких как икона, книжная миниатюра, народный лубок, тематически близких вертепу. Культурные феномены, помогающие глубже проникнуть в семантику вертепного представления и составляющие его традиционный контекст, резонируют с вертепной драмой в довольно широком тематическом ареале, в основном связанном с эсхатологической проблематикой. Итак, контекстом вертепного представления можно назвать целый ряд явлений культуры, составляющих традицию. Данный комплекс взаимосвязей можно представить следующим образом:

Поскольку в центре нашего внимания находится вертепный театр, наше рассуждение будет отталкиваться не от отдельных феноменов его контекста, а от тех конкретных образов или символов вертепного представления, которые могут быть объяснены через различные семантические параллели в других традиционных системах. В конечном итоге нашей целью можно считать интерпретацию вертепной драмы не просто как театрального представления, насильственно лишенного своих естественных взаимосвязей с явлениями далеко не театрального порядка, но как целостный организм, относящийся более к сфере традиционной христианской культуры, чем к сфере драматического творчества.

Внутренние семантические взаимосвязи вертепного представления с другими феноменами культуры будут рассмотрены впервые1. О.М. Фрейденберг – одна из немногих исследователей, интересовавшихся вопросами семантики (или, скорее, семиотики) вертепного театра. В своей статье об архитектуре вертепной сцены2 она затронула ряд проблем, касающихся общекультурных символических параллелей, раскрывающих родство понятий: вертеп – храмовый ящик – алтарь – дарохранительница – целла храма – храм – скиния; античный кукольный театр Герона – греческая сцена-телега – эдикул боржества и т.д. Наш подход принципиально отличается от подхода О.М. Фрейденберг, поскольку в наши задачи не входит поиск подходящих архаических символов для объяснения христианских феноменов народной культуры. По нашему глубокому убеждению анализ таких феноменов не утрачивает своей полноты, если проходит про преимуществу в рамках христианского мировоззрения. Хотя в фольклоре христианской ориентации можно было без труда заметить те образы или даже тексты, которые появляются в фольклорных системах вне такой ориентации3, это не дает нам права слишком активно сближать подобные образы, а тем более их отождествлять. Один и тот же образ, символ или сюжет, попадающий в разные системы историко-культурных координат, перестает в этих условиях быть тождественным самому себе. Или, иными словами, принципиально разные образы (символы) разных мировоззренческих (культурных) комплексов можно принять за одни и те же, если мыслить метафорически, т.е. лишь опираясь на внешнее формальное сходство данных феноменов. Мы предлагаем искать семантические взаимосвязи внутри цельной традиции метонимически (по смежности). Выделять естественные для той или иной системы ареалы смыслов, примыкающие к ней в силу их генетического родства. Метонимически связанными и генетически близкими нам представляются, например, круг покаянных мотивов духовной части вертепной драмы и сходных мотивов Синодиков – литературных сборников, а также порожденных этими сборниками назидательных лубочных каритн о смертном часе. Смежными (метонимически близкими) эти явления можно назвать потому, что они, например, по разному используют один и тот же материал богослужебных текстов Последования погребения и Чина на исход души от тела, который может восприниматься ими в форме духовного стиха. Генетически близкими эти явления оказываются потому, что либо одно из них может превращаться в другое4, либо данные явления вступают в сложную систему взаимодействий: духовный стих, исполняемый в вертепе, заимствует некоторые смысловые оттенки из лубочного листа с похожим стихом, а круг сюжетов, возможных в вертепной драме, в связи с данным текстом, закономерно коррелирует с кругом сюжетов Синодиков – литературных сборников.

Итак, наш подход к вертепному тексту и его контексту не выходит за рамки христианской традиции. При подобной постановке проблемы сразу возникает вопрос, как оценивать светскую часть драмы с точки зрения ее традиционного контекста и каков этот контекст. Следует ли и здесь говорить о миниатюре, духовном стихе, лубочных листах или существуют какие-то иные сферы народной культуры, которые могут помочь интерпретировать смеховую часть драмы. На первый взгляд, обе части драмы настолько чужды друг другу, что и оцениваться они должны с разных позиций5. Однако найти логическую взаимосвязь между духовной и светской частями вертепной драмы пытались еще исследователи прошлого века. Например, Н. Петров выдвигал идею о первичности чередующейся структуры для духовных и смеховых сцен рождественской драмы вообще и вертепа в частности. Постепенно, по его мнению, смеховые сцены выделились в отдельное действие, в котором иногда можно видеть определенные тематические переклички с событиями рождественского действия: принесение даров, суд над нечестивцем6. Марковский, рассматривая Славутинский вертеп в записи Пруса, обращает внимание, что танцующие под религиозный кант Пан и Пани в бытовой части могут заменяться Адамом и Евой в другом варианте этого же текста7. Мошков высказывает предположение, что Цыган с бараном светской части Славутинского вертепа был когда-то Пастухом из канонического раздела драмы8. лавутинский кукольный вертеп, так же, как и Могилевские вертепные драмы в записях Кулешова и Якимова, отличаются включением сцен духовного содержания в светское действие. Однако чередующейся композиции светских и духовных эпизодов здесь нет. В конце светской части внезапно может появиться Ангел или "три королевы доброй веры", Адам и Ева. Восточнославянская вертепная драма либо распадается на две части – светскую и религиозную – в отличие от польской, либо состоит из одной части. (Только религиозной или только светской). Славутинские и Могилевские тексты т.о. являют собой не разрушенную интермедийную структуру, а намекают на возможность их бытования в виде одной только духовной части. Подтверждением этой мысли служат тексты Сибирского вертепа, который, как об этом уже говорилось, имеет генетическую связь с Волынской вертепной традицией (включая Славутинскую). Сибирская вертепная драма по существу представляет собой только рассказ о Рождестве и избиении младенцев, завершающийся танцами без развернутых диалогов. Смеховые сцены воспринимаются настолько инородными по отношению к вертепу, что иногда могли исполняться после него живыми актерами9. Структурное своеобразие восточнославянской драмы (двухчастные и одночастные представления) не является результатом эволюции польского вертепа на восточнославянской почве – это ее исконная форма. Точно так же, как одноэтажный вертепный ящик не является результатом эволюции ящика двухэтажного, одночастная вертепная драма не есть претерпевшая изменения двухчастная драма. Т.о. взаимосвязь двух разнонаправленных действий вертепного представления, по нашему мнению, следует объяснять не разрушением интермедийной структуры, а единством культурного контекста, в который погружены оба "полюса" драмы.

Пространство и время пьесы – это те ее сферы, объяснение семантики которых во многом определит пути интерпретации самого вертепного действа. Семантика пространственно-временного универсума вертепной драмы также не может быть интерпретирована без традиционного контекста, как и вербально-пластический текст представления. По сути, время и пространство вертепной драмы и есть ее вербальный текст, дешифрованный при помощи традиционного контекста культуры.

Примечания:

1. В работе не будет затронут круг проблем, связанных с музыкальной стороной вертепного представления, нуждающихся в особом изучении.
2. Фрейденберг О.М. Семантика архитектур вертепного театра // Декоративное искусство, 1978, № 2. С.41–44.
3. Например, Цыган, продающий Лошадь и мужик с Козой в вертепном представлении и в ряжении.
4. Синодические сборники сначала делаются народной книгой, а потом откровенно претворяются в лубок. См.: Петухов Е.В. Очерки литературной истории Синодика. Спб., 1895.
5. То, что светская и духовная часть представляют из себя нечто противоположное друг другу, стало общим местом многочисленных отзывов собирателей. Например, Калашников пишет: "После вертепа представляли иногда нечто вроде водевилей" (Калашников И.Г. Записки иркутского жителя // Русская старина, 1905, № 7. С. 205). Романов Е.Р. замечает: "Как известно, репертуар вертепа состоял из трех отделов: 1) религиозного, имеющего отношение к празднику Рождества Христова; 2) пьесы "Царь Ирод" и 3) жанровых сцен. (Романов Е.Р. Белорусский сборник. Вып.8. Вильна, 1912. С. 73).
6. См. об этом: Петров Н. Старинный южно-русский театр и в частности вертеп // Киевская старина, 1882, 12. С. 474.
7. Марковский Е. Укра?нський вертеп. Ки?в, 1929. С. 127–137.
8. Там же. С. 150.
9. Полевой Н.А. Мои воспоминания о русском театре и русской драматургии // Репертуар русского театра. Спб., 1840, кн. 2 (февр.). С. 2–3.


© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

Оригинал статьи:
http://www.portal-slovo.ru/art/36121.php
Категория: Статьи по этнографии | Добавил: дядя_Миша (30.11.2012)
Просмотров: 517 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Меню сайта

Календарь

Block content

Категории раздела

Статьи по этнографии [16]
Жития [1]

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Поиск